Valodas izvēle

index

Тренинги, семинары
О нас
Специалисты
Контакт
Направления
Центр психологии
Обучение
Школа Цигун
Холотропное дыхание
Расстановки
Отзывы
Библиотека
Фото, видео
Поэзия
Хохоталка
Календарь событий
Наши друзья
 
 
Партнёры, друзья, коллеги

banneris_pedinjas

14-6_1_6

trainyou_samopoznanie_RU

sic-lv-banner


Brunner

rezon_232x117

lwf-lv

shaolin-ru

Wushu_wulin

tunbei

cigun-lv

sporta-klubs-TEV

kenga-trans-org

AuraVideoGIF_11-10-2011

center_474

taofederation-banner-ihhrc-tao

www.IHHRC.org

Raduga2005

drikung-lv


sorig-lv
Музыка для души
Сколько гостей на сайте
We have 20759 guests online

Трансперсональная психология

Станислав Гроф: «Новый взгляд на реальность и человеческую природу»

 

argaiv1454

gallery_35_1099

Человек, в отличие от любой другой, присутствующей во Вселенной вещи, органической или неорганической, вырастает из своей работы, поднимается по ступеням своих понятий, развивается из своих свершений.

Джон Стейнбек

Новое видение психики, описанное здесь, имеет серьезное значение не только для каждого из нас как индивидов, но и для специалистов в области психиатрии, психологии, психотерапии и медицины. Оно также может помочь нам раскрыть новые обширные территории в изучении истории, сравнительной религии, антропологии, философии и даже политики. Углубленное изучение влияния этой работы фактически на каждую область сознания, разумеется, потребовало бы многих томов. Но можно вкратце обсудить самые важные области, на которые оказало воздействие наше новое понимание человеческого сознания.

Человеческое сознание и его связь с материей

Ньютоно-картезианская наука рассматривает материю как фундамент Вселенной. Ученые, придерживающиеся этой системы мышления, изображают сознание как продукт психологических процессов, происходящих в мозге. С такой точки зрения сознание каждого из нас заключено в нашем черепе и абсолютно отделено от сознания других людей. Традиционная наука тоже рассматривает сознание как явление, присущее исключительно человеку, и склонна относиться даже к высшим нечеловеческим формам жизни как к немного большему, чем просто бессознательным машинам. Однако тщательные исследования переживаний, доступных в необычных состояниях сознания, в частности, в состояниях, обладающих трансперсональной природой, предоставляют убедительные доказательства того, что эти старые определения сознания несовершенны и неправильны.

В то время как имеющаяся у нас картина человеческого сознания, заключенного в черепную коробку, могла казаться истинной там, где рассматривались повседневные состояния сознания, она становится бесполезной, когда мы входим в необычные состояния сознания, такие, как транс и спонтанный психодуховный кризис, или состояния, достигнутые посредством медитации, гипноза, психоделических сеансов и эмпирической психотерапии. Удивительно широкий спектр переживаний, который становится доступен при этих обстоятельствах, явно наводит на мысль о том, что человеческая психика обладает потенциалом для выхода за привычные ограничения пространства и времени. Современное исследование сознания подтверждает тот факт, что у нашей психики нет реальных и абсолютных границ; напротив, мы являемся частью бесконечного поля сознания, которое охватывает все существующее — выходящее за пределы пространства-времени и уходящее в реальности, пока что еще нами не исследованные.

Самое последнее наше исследование указывает на тот факт, что сознание и переживания человека опосредованны мозгом, но они как не порождаются им, так и не являются абсолютно независимыми от него. Сознание, безусловно, может делать те вещи, которые мозг и органы чувств сделать не могут. Это предположение не ограничивается трансперсональной психологией и было высказано одним из отцов современного исследования мозга, нейрохирургом Уилдером Пенфилдом. Ближе к концу своей жизни Пенфилд написал книгу «Тайна ума», в которую он свел проделанные им наблюдения относительно связи между человеческим мозгом и сознанием. Он высказал свое мнение нейрохирурга, заключающееся в том, что сознание не имеет своего истока в мозге. Более поздние исследования, и в частности, танатология, изучающая околосмертные переживания, подкрепила позицию Пенфилда убедительными свидетельствами.

Новые научные открытия начинают подтверждать убеждения, свойственные культурам тысячелетней давности, показывая, что наша индивидуальная психика, является манифестацией космического сознания и разума, протекающего через все наше существование. Мы никогда полностью не теряем контакт с этим космическим сознанием, поскольку никогда полностью не отделяемся от него. Это то понятие, которое независимо присутствует во всех традициях мира; Олдос Хаксли назвал его «вечной философией».

Новый подход к человеческой психике, который предлагают нам самые передовые исследования, закрывает брешь между традиционной западной наукой и мудростью духовных систем, основанных на многовековых систематических наблюдениях сознания. Когда мы принимаем в расчет описанную в этой книге новую картографию, то такие важные культурные явления, как шаманизм, восточные духовные системы и мистические традиции мира, становятся вдруг не психопатологическими отклонениями или странными причудами, а обычными и понятными формами человеческих стремлений.

Используя новую картографию человеческого сознания, мы начинаем рассматривать исследования антропологов и историков в ином свете. Вооруженные знанием перинатальных переживаний, трансперсональных переживаний и психоидных явлений, мы находим новый смысл в древних ритуалах перехода, церемониях целительства и древних мистериях смерти и возрождения. В качестве примера мы можем взять ритуалы перехода — церемонии, являвшиеся неотъемлемой частью человеческой жизни до наступления Индустриального века; они отмечали такие важные биологические и социальные традиции, как рождение детей, обрезание, половая зрелость, брак, смерть и переселение народов. В большую часть этих церемоний включались необычные состояния сознания, вызванные каким-либо из многочисленных методов. Посвящаемый, принимая участие в этих ритуалах, часто переживал смерть и возрождение, а также их глубокую связь в трансперсональной сфере. В различных церемониях целительства, проводимых для отдельных людей, для целого племени или даже для всего космоса, также типичным образом использовались методы изменения сознания, посредством чего осуществлялась связь между участниками и высшими силами природы или Вселенной.

Во многих продвинутых культурах люди были способны иметь подобные переживания, раскрывая священные тайны смерти и возрождения. Это были ритуалы преображения, основанные на особой мифологии и представляющие важные элементы жизни в древних цивилизациях. Например, в Вавилоне ритуалы смерти и возрождения проводились во имя Иштар и Таммуза, а в Древнем Египте посвящались Исиде и Осирису. В Древней Греции и Малой Азии проводились элевсинские мистерии, ритуалы, посвященные Дионису, мистерии Аттиса и Адониса и другие. В древности в эти мистерии посвящали многих важных культурных и политических деятелей. Сюда можно включить философов Платона и Аристотеля, драматурга Еврипида и военного лидера Алкивиада. В этих традициях участники получали переживания выхода за пределы повседневной реальности и исследования реальностей, находящихся вне сферы обычного сознания.

Традиционная психиатрия никогда адекватно не объясняла эти формы переживания, их универсальность и их культурную и психологическую важность. Возможность научного наблюдения необычных состояний сознания у людей, принадлежащих нашей культуре, обеспечила нас некоторыми совершенно новыми подходами к смыслу древних путешествий в другие реальности. Теперь стало ясно, что эти древние практики не являлись ни патологиями, ни продуктом первобытных суеверий; скорее, они были обоснованными и детально разработанными духовными практиками, признававшими и почитавшими более широкий взгляд на сознание, чем тот, которого придерживаются приверженцы ньютоно - картезианской модели реальности. Более того, когда необычные состояния открываются даже по научному осмотрительным и весьма знающим людям, живущим в наше время и в нашей культуре, то они находят для себя эти переживания глубоко волнующими и многозначительными и коренным образом меняющими их убеждения.

Одно из самых важных изменений, переживаемых большинством людей через необычные состояния сознания, подразумевает новую оценку роли духовности во вселенской схеме вещей. В нынешнем веке академическая психология и психиатрия отодвинули духовность в сторону как продукт суеверий, примитивного магического мышления и открытой патологии. Однако под воздействием данных современных исследований сознания, предоставляемых нам на протяжение последних двух десятилетий, мы начинаем видеть, что духовность инспирируется и поддерживается перинатальными и трансперсональными переживаниями, которые имеют свое происхождение в глубочайших тайниках человеческого ума. Этим визионерским переживаниям присуще изначальное божественное качество, как его называл К-Г. Юнг; они являлись изначальными источниками всех великих религий. Более того, становится очевиден тот факт, что в человеческих существах живет глубокая потребность в трансперсональных переживаниях и состояниях, в которых они могут выйти за пределы своих индивидуальных личностей и почувствовать свое место в огромном целом, которое непреходяще. Эти духовные стремления, как кажется, являются более основательными и захватывающими, чем сексуальные побуждения, и если они не удовлетворяются, то это может привести к серьезным психологическим расстройствам.

Природа душевных и психосоматических расстройств

Новые наблюдения человеческого сознания способствуют также радикальным сдвигам в наших взглядах на душевное здоровье. Благодаря особому историческому развитию психиатрия стала медицинской дисциплиной. Этому процессу было положено начало в прошлом веке, когда биологические причины, такие, как инфекции, опухоли, патологии и дегенеративные заболевания мозга, были признаны причинами лишь некоторых (но ни в коем случае не всех) расстройств психической деятельности. И хотя дальнейшие научные исследования не могли доказать существования биологических причин большей части неврозов, депрессий, психосоматических заболеваний и психотических состояний, медицина продолжала господствовать над психиатрией, поскольку была способна контролировать симптомы многих расстройств психической деятельности.

В настоящее время медицинская модель продолжает играть главенствующую роль в теории психиатрии, клинической практике и подготовке врачей, а также в судебной медицине. Термин «душевная болезнь» широко применяется для многих состояний, где органической причины не обнаруживается. Как и в медицине, эти симптомы рассматриваются в качестве проявлений патологических процессов, а усиление симптомов считается прямым доказательством серьезности нарушения. Психиатрия основного направления большей частью сосредоточивает свои усилия на подавлении симптомов. Эта практика приравнивает ослабление симптомов к улучшению, а усиление их — к ухудшению клинического состояния.

Еще одним наследием медицины в психиатрии является акцент на навешивании диагностических ярлыков. Однако, в то время как для чисто физических болезней возможно найти относительно точные диагностические ярлыки, основанные на клиническом наблюдении и лабораторных тестах, с диагностическими ярлыками в психиатрии намного сложнее. Вдобавок к этому, в отличие от диагнозов физических болезней, диагностические ярлыки в области психиатрии не указывают врачам определенный курс лечения. В психиатрии личная философия и убеждения, включая человеческие взаимоотношения, которые врач устанавливает с пациентами в ходе лечения, для многих пациентов зачастую играют важную роль. Например, органически ориентированные психиатры могут прописать электрошоковую терапию невротику, тогда как психологически ориентированные могут использовать психотерапию для психотиков.

Работа с людьми, переживающими необычные состояния сознания, принесла с собой замечательные изменения в понимание и глубокие новые прозрения относительно эмоциональных и психосоматических расстройств, для которых не было обнаружено органических причин. Эта работа показала, что все мы несем в себе записи о физических и душевных травмах, одни из которых имеют биографическое или перинатальное происхождение, а другие трансперсональны по своей природе. Кое-кто может достичь перинатальных и трансперсональных состояний посредством медитативных практик, тогда как другие получают такие результаты только при помощи усиленной эмпирической терапии или психоделических сеансов. Некоторые люди, психологическая защита которых не слишком сильна, могут переживать эту материальную плоскость бессознательного спонтанно, в ходе своей повседневной деятельности.

Когда мы начинаем испытывать симптомы расстройства, которое по своей природе скорее является не органическим, а эмоциональным, важно осознавать, что это не начало «болезни», а всплытие в нашем сознании материала, который был ранее захоронен в нашей бессознательной части. Когда этот процесс завершен, симптомы, связанные с бессознательным материалом, навсегда разрешаются и имеют тенденцию исчезать. Таким образом, появление симптомов — не начало болезни, а начало ее разрешения. Аналогичным образом, усиление симптомов должно восприниматься не как критерий серьезности заболевания, а скорее как показатель скорости процесса исцеления. Клиническим психиатрам уже не одно десятилетие известно, что прогнозировать протекание болезней у пациентов с драматическими симптомами гораздо проще, чем у тех, болезнь которых развивается медленно и коварно. Но все же по традиции врачи стараются подавить симптомы, помешать им полностью выйти на поверхность, и это та практика, которая, по иронии, известна как способствующая продолжению протекания душевных болезней.

Необычные состояния сознания имеют тенденцию работать в ключе внутреннего радара, выискивая самые мощные эмоциональные заряды и перенесения связанного с ними материала в сознание, где это может разрешаться. В этом процессе существующие уже симптомы усиливаются и прежде скрытый «бессознательный материал», поддерживающий их, выходит на поверхность. Процесс усиления симптомов, за которым следует их разрешение, имеет параллели с принципами системы лечения, называемой гомеопатией. Гомеопаты определяют обычно появление симптомов не как проблему, а как проявление процесса исцеления. Это, разумеется, противоречит теориям современной медицины.

Наше исследование, связанное с необычными состояниями сознания, принесло нам новые прозрения, касающиеся относительной важности постнатального биологического материала. В психологии общего направления мы считаем травмирующие события раннего детства, наряду с более поздними событиями жизни пациента, основными источниками неврозов и многих психосоматических расстройств. Теоретики психиатрии за редким исключением полагают, что психотические нарушения невозможно понять, оперируя исключительно терминами психологии, и что их причиной должна считаться не определенная до сих пор патология мозга. Однако наши последние исследования ставят под сомнение эти оба предположения.

Наблюдая пациентов, находящихся в необычных состояниях, мы обнаружили, что их невротические или психосоматические симптомы часто включают в себя больше, чем биографический уровень психики. Поначалу мы можем предположить, что эти симптомы связаны с травмирующими событиями, которые пациенту пришлось пережить в младенчестве или детстве, как это описывает традиционная психология. Однако, когда процесс продолжается и переживания углубляются, те же самые симптомы оказываются также связаны с особыми аспектами родовой травмы. В этом случае можно проследить, что дополнительные корни той же самой проблемы уходят еще дальше — в трансперсональные источники, например в переживания прошлой жизни, в неразрешенные архетипические темы или в отождествление человека с особым животным.

Так, человек, страдающий психогенной астмой, мог прежде всего пережить в детстве одно или больше событий, связанных с удушьем (возможно, он тонул, болел коклюшем или дифтерией). Более глубоким источником той же проблемы может быть для этого человека ситуация, близкая к удушению, когда он проходил через родовой канал. На трансперсональном уровне астматические симптомы могут быть связаны с переживаниями удушения или повешения, относящимися к прошлой жизни, и даже с элементами животного сознания, такими, как отождествление с животным-жертвой, задушенным удавом. Для полного избавления от этой формы астмы важно встретиться лицом к лицу с различными переживаниями, связанными с этой проблемой, и интегрировать их.

Глубокая эмпирическая работа открыла аналогичные многоуровневые структуры в других состояниях, которыми занимаются психиатры. Перинатальные уровни бессознательного являются важными хранилищами неприятных эмоций и ощущений и часто оказываются источником беспокойства, депрессии, чувства безнадежности и собственной неполноценности, а также агрессивности и приступов ярости. Усиленный более поздними травмами младенчества и детства, этот эмоциональный материал может привести к различным фобиям, депрессиям, садомазохистским наклонностям, криминальным поступкам и истерическим симптомам. Напряжение в мышцах, боли и другие формы физического дискомфорта, являющиеся естественной частью травмы рождения, могут развиться в психосоматические проблемы, такие, как астма, мигрени, язвы органов пищеварения и колиты.

При исследовании третьей перинатальной матрицы (БПМ-III) мы описывали то, как наши переживания могут быть связаны с сильным чувственным возбуждением. Таким образом, можно с уверенностью предположить, что наша первая встреча с сексуальными чувствами связана с беспокойством, болью и агрессивностью. Более того, именно в БПМ-III мы также встречаемся с кровью, слизью, а иногда с мочой и фекалиями. Эти ассоциации, по всей видимости, и являются естественной основой для развития сексуальных отклонений и извращений, даже таких, как убийство на сексуальной почве. Зигмунд Фрейд потряс мир, когда объявил, что сексуальность не начинается с половой зрелости, а существует уже в младенчестве. Наши самые последние наблюдения наводят на мысль о том, что все мы испытывали сексуальные чувства задолго до половой зрелости или младенчества, еще до того, как нам прийти в этот мир. Настолько, насколько мы можем в эту идею поверить, она обеспечивает весьма правдоподобное объяснение источников сексуальной патологии, в частности ее самых крайних и причудливых выражений.

Дополнительные наблюдения наводят на мысль о том, что суицидальные тенденции, алкоголизм и наркомания также имеют перинатальные корни. Особое значение, как представляется, имеет свободное использование анестезии во время родов; определенные вещества, примененные с целью облегчения боли матери, учат новорожденного на клеточном уровне видеть состояние, вызванное препаратом, как естественный путь для бегства от боли и трудных эмоций. Эти открытия недавно были подтверждены клиническими исследованиями, связывающими различные формы суицидального поведения со специфическими аспектами биологического рождения. Среди них выбор самоубийства при помощи наркотиков был связан с использованием анестезии во время родов; выбор повешения — с удушением во время родов; а выбор мучительного самоубийства — с мучительным рождением. Как и в случае приведенного выше примера психогенной астмы, традиционные корни всех этих проблем можно обнаружить в трансперсональной сфере: попытки самоубийства через повешение связаны с удушением или повешением в прошлых жизнях; самоубийство от передозировки наркотиков связано с переживаниями прошлых жизней, касающимися наркотиков; а мучительное самоубийство означает умышленную автокатастрофу, относящуюся к прошлой жизни, где человек прошел через переживания аналогичного характера.

Наше новое понимание эмоциональных трудностей не ограничивается неврозами и психосоматическими расстройствами. Они могут продолжаться до более крайних психологических беспокойств, называемых психозами. Традиционные попытки объяснить различные симптомы психозов с точки зрения психологии были не очень убедительными, особенно когда клиницисты пытались истолковывать их только в терминах биографических событий, пережитых в младенчестве и детстве. Состояния психозов часто включают в себя крайние эмоции и физические ощущения, такие, как полное отчаяние, глубокое метафизическое одиночество, адские физические муки, жестокая агрессия, или, напротив, единство с Вселенной, экстаз и райское блаженство. Во время проявления психоза человек может переживать свою смерть и возрождение или даже разрушение и воссоздание всего мира. Содержание таких эпизодов часто бывает фантастическим и экзотическим, где присутствуют различные мифологические существа, видения рая и преисподней, события, относящиеся к другим странам и культурам, и встречи с внеземными цивилизациями. Ни сила эмоций и ощущений, ни необычное содержание психотических состояний не могут быть разумно объяснены в терминах ранних биологических травм, таких, как голод, эмоциональные лишения или другие расстройства младенца.

Травма рождения, составляющая важный аспект бессознательного, является очень мучительным и потенциально угрожающим жизни событием, которое, как правило, длится много часов. Таким образом, она определенно является более вероятным источником крайних эмоций и ощущений, чем большинство других событий детства. К тому же, мифологические измерения многих психотических переживаний представляют обычную и естественную характеристику трансперсональной сферы психики, согласно предложенной Юнгом концепции о коллективном бессознательном. Более того, всплытие таких глубоких элементов из бессознательного может рассматриваться как попытка психики избавиться от травмирующих отпечатков и облегчить свою деятельность.

Все эти наблюдения привели нас с Кристиной к заключению, что в настоящее время многие состояния, диагностируемые как душевные болезни, которые в установленном порядке лечат при помощи средств подавления, на самом деле являются психодуховными кризисами, или «духовными экстремальными состояниями», как мы их называем. Если их должным образом понять и поддержать, то они могут привести человека к исцелению и преображению. На протяжении многих веков эпизоды такого рода описывались в мистической литературе как важные аспекты духовного путешествия. Они во все века происходили в жизни шаманов, основателей великих религий, святых, пророков, отшельников, а также посвященных в священные мистерии. В 1980 году Кристина организовала Сеть поддержки в духовном кризисе (СПДК) — всемирную организацию людей, предлагающих поддержку и руководство людям, находящимся в таких психодуховных кризисах, — как альтернативу традиционному лечению. Сегодня список адресатов СПДК содержит имена тысяч людей, проживающих в Соединенных Штатах и во многих других странах мира.

Психотерапия и практики целительства

Цель самых необычных систем психотерапии — понять, как работает психика и как развиваются эмоциональные расстройства. Их цель — использовать разработанные ими теории, чтобы изменить то, как пациенты мыслят, чувствуют, ведут себя и принимают жизненно важные решения. Даже в самых недирективных формах психотерапии терапевт считается основным звеном в процессе исцеления, поскольку обладает знаниями и подготовкой, более высокими, чем у пациента. Таким образом, это считается достаточной квалификацией терапевта для того, чтобы руководить самоисследованием пациента с помощью соответствующих вопросов и толкований.

Проблема состоит в том, что лишь немногие школы терапии выражают согласие по поводу самых фундаментальных моментов, касающихся тайн человеческой психики, природы психопатологии или даже терапевтических методов. Подход к той же самой болезни варьируется в зависимости от личных убеждений терапевта и от школы, к которой он принадлежит. Что касается школ, то здесь нет деления на плохие и хорошие в плане получения терапевтических результатов. Известно, что «хорошие терапевты» различных школ получают хорошие результаты, а «плохие терапевты» — плохие результаты. Более того, результирующие изменения у пациентов мало имеют общего с тем, как их представляют терапевты. Было высказано предположение, что успех психотерапии может не иметь ничего общего с методом терапевта и содержанием вербальных интерпретаций. Он зависит от таких факторов, как качество отношений в терапевтической обстановке, степень сопереживания или чувство пациента по поводу того, насколько его поняли и поддержали.

В традиционной вербальной психотерапии от пациента ожидается, чтобы он предоставил информацию о его настоящих и прошлых проблемах и по возможности описал свои сны, которые, как считается, обеспечивают прозрения в бессознательное. Следовательно, решать, что является психологически уместным, не вправе ни один терапевт. Таким образом, анализ Фрейда сосредоточен на сексуальных моментах, анализ Адлера делает акцент на материале, относящемся к чувствам неполноценности и стремлении обрести власть и т.п. Работа же с необычными состояниями сознания, напротив, минует проблемы теоретических различий между разными школами и ролью терапевта как толкователя психологического материала. Как вы помните, в необычных состояниях сознания материал с самой сильной эмоциональной заряженностью автоматически выбирается и выносится в сознание. Эти необычные состояния обеспечивают также необходимые прозрения и мобилизуют наши внутренние целительные силы со всей присущей им мудростью и энергией. Как бы мы ни пытались копировать эти естественные процессы исцеления, ни одна школа даже близко не приблизилась к этому.

Самым важным требованием к психотерапевту, использующему необычные состояния сознания, — это не подчинять себе особые методы и направлять пациента в желаемое русло, а принимать спонтанно разворачивающийся процесс и доверять ему. Важно делать это безоговорочно, даже если время от времени терапевт не понимает происходящего интеллектуально. Эта задача бросает вызов большинству специалистов, которые привязаны к теоретическому руководству своих школ. Без особых усилий со стороны терапевта в результате разворачивания непредсказуемого массива переживаний (которые могут быть биографическими, перинатальными, трансперсональными или всеми тремя одновременно) симптомы проясняются и происходит преображение человека. В холотропной терапии, в работе с критическими состояниями духа и в тысячах сеансов психоделической терапии из моих ранних исследований я видел множество явных исцелений и положительных изменений в личностях, которые совершенно ускользали от моих попыток рационального понимания.

В работе с необычными состояниями сознания роли терапевта и пациента весьма отличаются от их ролей в традиционной психотерапии. Терапевт это не активный агент, который вызывает изменения в пациенте путем специальных вмешательств, а тот, кто разумно сотрудничает с его внутренними целительными силами. Это понимание роли терапевта совпадает с изначальным значением греческого слова therapeutes, которое означает «человек, помогающий в процессе лечения». Это также находится в согласии с подходом к психотерапии К.-Г. Юнга, где считается, что задача терапевта — быть связующим звеном между пациентом и его внутренней сущностью, которая таким образом управляет процессом преображения и индивидуализации. Мудрость, требуемая для изменения и исцеления, исходит из коллективного бессознательного и далеко опережает знания, которые терапевту доступны интеллектуально.

В то время как терапевт и пациент могут иногда испытывать беспокойство из-за недостатка рационального понимания в процессе лечения, яркие позитивные изменения, достигаемые пациентом за сравнительно короткие периоды времени, являются более чем достаточной компенсацией. В такого рода работе становится ясно, что жесткую концептуальную схему, которая раскладывает проблемы пациента по заранее подготовленным полочкам, использовать невозможно. Как утверждал Юнг, нет никакой гарантии в том, что наблюдаемое в отдельном терапевтическом сеансе уже виделось нами раньше и может быть понято в терминах существующей школы. Психика не имеет пределов, и ее ресурсы и творческий потенциал безграничны. По этой причине возможно то, что в любой терапевтической встрече мы можем очень хорошо засвидетельствовать или пережить явления, которые прежде никогда не наблюдались. Это делает терапевтическую работу волнующим продолжающимся приключением, полным открытий и новых постижений на каждом повороте.

© Гроф Ст. Холотропное сознание. — М., 1996.

 

Запись на тренинг "Холотропное дыхание"  +371 26987171, This e-mail address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it

WWW.HOLOTROP.LV

 

 

Comments (1)

Subscribe to this comment's feed
...
Ознакомиться с методом Холотропной терапии, у Вас есть возможность на наших семинарах. WWW.HOLOTROP.LV
Глеб , July 25, 2011

Write comment

smaller | bigger
security image
Write the displayed characters

busy
 
Поиск по сайту
November 2017 December 2017
Mo Tu We Th Fr Sa Su
1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30
Post New Event Post New Event
gleb-smirnov
ГЛЕБ СМИРНОВ
Психолог. Психотерапевт. Коуч.
Системная, семейная терапия, расстановки по методу Хеллингера.
Ведущий тренингов холотропного дыхания.
Учитель Цигун, Sheng Zhen Gong  и медитации.
Основатель портала "Самопознание".

oleg-onopchenko
Олег Онопченко
Мастер международного класса в тонгрен-терапии, цигун-терапии, тайцзи-цюань, туйна-массаже, шиатсу.


vladislav-kenga
Владислав Кенга

Психолог.
Трансперсональный психотерапевт.
Президент Международной ассоциации трансперсональной психологии и психотерапии "Сауле".
Ведущий тренингов холотропного дыхания.


20120921_171147
Психолог-психоаналитик.
Индивидуальное консультирование.
Психоаналитическая терапия.


jurij-besarab
Юрий Бесараб

Тренер по Ушу (кунг-фу).
Мастер спорта, призёр чемпионатов Европы и мира по Ушу.


andrej-troshkov
Андрей Трошков

Психолог. Консультант.
Телесно-ориентированный психотерапевт.
Ведущий тренингов и групп.


kristine-ozolina
Kristīne Ozoliņa

Praktižējošs psihologs.
Sistēmiskās ģimenes psihoterapijas konsultants.
Deju un kustību terapijas grupas.


liga-rainska
Līga Rainska

Praktizējošs psihologs.
Ilgstoša vecmātes darba pieredze.
Nodarbību cikls topošajām māmiņām.


julija-perepjolka
Юлия Перепёлка

Психолог. Консультант.
Гештальт-терапевт.


viktorija-petljak
Виктория Петляк

Психолог. Консультант.
Психодинамическое консультирование, гуманистический подход.


__MG_1725-2
Тренер по оздоровительной гимнастике.
Инструктор цигун, мастер чайной церемонии.

natalija-daugste
Наталья Даугсте

Психолог.
Телесно-ориентированный психотерапевт.
Массажист.


jelena-saplavskaja
Елена Шаплавская

Психолог.
Со-автор научных исследований.


alla-pilenok
Алла Пиленок

Психолог.
Семейное консультирование.


danil-bobrov3
Данил Бобров

Автор портала "Самопознание".
Переводчик.
Устный синхронный и последовательный перевод.
Письменный перевод.
Инструктор Цигун.
Блоггер, путешественник.